– Нет, Фатти, твои не заржавеют, – с обожанием возразила Бетси. – Как здорово они у тебя работают! А твои переодевания – ты так ловко меняешь внешность! А в эти каникулы ты этим совсем не занимался. Неужели тебе все это надоело?

– Нет, конечно! Просто жарища страшная, и старины Гуна нет, а полисмен, что вместо него, – такая зануда. С места не сдвинешь. Я просто умру от счастья, когда Гун вернется и мы снова услышим: «А ну, пошли прочь!» И Бастер обрадуется. Ты ведь скучаешь по его лодыжкам, а, Бастер?

Бетси хихикнула:

– Вспомните только, как Бастер вертелся вокруг гуновских лодыжек, а тот честил его почем зря! Да, Бастер не очень вежливо обращался с мистером Гуном.

– Это точно, – кивнул Фатти. – Хорошо бы Гун поскорее вернулся, тогда Бастер вокруг него попрыгает, а то он что-то засиделся на одном месте.

Услышав свое имя, пес поднял голову и вильнул хвостом. Тяжело дыша, он подошел к Фатти.

– Не подхода, Бастер! – велел Фатти. – Об тебя же обжечься можно, жаркое из псины. Не мешает тебе к ошейнику вентилятор прикрепить.

– Брось свои шуточки, – взмолилась Дейзи. – Думаешь, легко смеяться в такую жару? Не могу представить, как я доберусь до Питерсфилда, чтобы повидаться с инспектором.

– Устроим там чаепитие и пригласим на него инспектора и его крестницу, – предложил Фатти.

– Отлично! – обрадовалась Дейзи. – Вот и поговорим с ним. Может, расскажет что-нибудь новенькое. Если в воздухе и носится дело какое или тайна – кому же знать, как не ему.

– Спросим его об этом в лоб, – сказал Фатти. – Прочь, Бастер! Кому сказал! У тебя с языка капает, и прямо мне на шею.

– Что нам надо, так это немного встряхнуться, – заявил Пип. – Нам нужна маленькая вкусненькая тайна и чтобы Гун вернулся и запутал ее окончательно, как всегда, а мы бы ее, как всегда, распутали.

– Придет день, – молвила Дейзи, – когда распутывать все будет Гун, а мы будем только путаться у него под ногами.